Принцессы тоже плачут

Принцессы тоже плачут

С самого утра во дворце короля Динура было неспокойно. Кругом сновали служанки с подносами, портнихи с иголками, фрейлины с какими-то лентами. Полным ходом шли приготовления к свадьбе третьей, младшей дочери, принцессы Дарины. Две старшие уже были пристроены.
Сама принцесса, казалось, была абсолютно безучастна к происходящему. Жених – пятидесятилетний герцог, овдовевший два года назад, — не вызывал у нее никаких эмоций. Лысый, толстый, маленький… Лучше бы котенка подарили, и то радости больше.
— Дариша, с добрым утром! – просочилась в спальню мама. – Пора вставать, у тебя сегодня свадьба, ты не забыла?
«Забудешь такое», — пробурчала про себя пятнадцатилетняя принцесса, а вслух изрекла:
— Да, мамочка, конечно помню! Сегодня в торжественной обстановке под звуки королевского оркестра я пересяду с вашей шеи на шею доблестному герцогу Забиру.
— Ну, зачем ты так! Он же тебя любит!
— Конечно, любит, как кошка колбасу.
— С тобой просто невозможно, — не желая больше вести светскую непринужденную беседу с дочерью, мать выпорхнула за дверь.
«Хоть бы сегодня меня какой-нибудь ураган унес подальше от этого Забира. А еще лучше – дракон. Говорят, раньше драконы к нам залетали иногда. О! У меня же где-то книжка была припрятана… «Предания о драконе». Что там пели?»
Дарина забралась на самый верх книжного шкафа, выудила из дальнего угла немного поистрепавшуюся книжонку, которую читали явно не один раз, и не одному поколению.
«Так-так… О! Как отвадить дракона. Нет, мне это не подходит. Мне надо, как привадить. А никто, похоже, и не приваживал…Ну-ка, а как отвадить-то?»
В книге в разделе про отваживание драконов приводилось следующее заклятие:

Улетай от меня, беда,
Отведи скорей огонь,
Мне твоей не быть никогда,
Я уже не твоя, дракон!
«Так, если это отваживалка, то если все наоборот написать – будет приваживалка!» Дарина села, взяла лист бумаги, перо и вывела:
Прилетай же ко мне, беда,
(«будь, что будет, уж хуже этого герцога вряд ли кто прилетит»)
И направь на меня огонь,
(«ну это, скорее, для рифмы, не будет же дракон палить то, что полагается при всем честном народе унести»)
Буду я твоей навсегда,
(«лишь бы отвертеться от этой свадьбы, а там как-нибудь выкручусь, сбегу, в конце концов»)
(«Так…со словом «твоя», явно перебор»…)
Забери же меня, дракон!
«О! Да у меня талант!»

Дарина выучила стишок, и, воодушевленная, пошла примерять подвенечное платье.
— Ну, просто глаз не отвести, как хороша! – щебетала придворная портниха Мария, явно преувеличивая свои заслуги.
Конечно, сама не похвалишь – заставят перешивать! Один рукав был явно длинноват, его Мария незаметно подогнула. Бусинки на поясе были пришиты совсем не симметрично, но кто ж всматриваться будет в какие-то бусинки!
А Дарина была не в том настроении, чтобы придираться к фасону и бусинкам. Хороша, так хороша! Возможно, дракон залюбуется и не сразу слопает.
— Госпожа, пора в церемониальный зал! Скоро начнется!
— Как начнется? — запереживали фрейлины. – Еще прическа не готова, туфельки не доставлены.
— Значит, обойдемся без туфелек, а волосы можно вот этим цветочком заколоть, — и Дарина воткнула в свои золотистые кудри ромашку из корзинки на окне. И уверенным шагом пошла навстречу своей судьбе.
***
Принцессу уже ждали. В центре зала стоял герцог и родители. Вдоль стен толпились придворные. Герцог на этот раз был в черном костюме, который ему совсем не шел. На голову он по непонятным причинам водрузил цилиндр. Конечно, это делало его несколько выше, но привлекательности не добавляло. Из-под цилиндра торчали жуткие крысиные усы, закрученные на кончиках.
Принцесса поравнялась в этой тройкой. Отсутствие туфель никто не заметил, тем более, подол был достаточно длинный. Принцессу так распирало чувство внутреннего восторга, ощущение игры, что она чуть было не задрала платье, чтобы продемонстрировать всем свое отношение к происходящему. Но вовремя грянул оркестр. Жених взял невесту под руку, и они пошли к выходу, провожаемые восхищенными взглядами присутствующих.
Пройдя по дубовой аллее, молодые приблизились к священнику. Тот начал свою речь.
— Сегодня, в этот знаменательный день я хочу напомнить вам о любви. Любовь исцеляет, любовь возрождает, любовь побеждает, любовь окрыляет. Супружество – это непрестанная работа. Только любя, можно преодолеть все жизненные трудности. Только идя бок о бок, не разжимая рук…
Согласен ли ты, раб божий Забир, взять в жены рабу божию, Дарину, и любить ее, пока смерть не разлучит вас?
Забир, будто расплачиваясь за товар на рынке, ответил:
— Согласен.
— Согласна ли ты, раба божия Дарина, взять в мужья раба божьего, Забира, и любить его, пока смерть не разлучит вас?
В этот момент Дарина запела:

«Прилетай же ко мне, беда,
И направь на меня огонь,
Буду я твоей навсегда,
Забери же меня, дракон!»

Священник, уже приготовившийся продолжить церемонию, застыл с поднятой для окрещивания молодых рукой, округлил глаза. Родители оцепенели. В толпе зашептались.
Неожиданно небо потемнело, поднялся ветер, сверкнула молния. Все подняли головы вверх. Но ничего особенного не увидели.
«Ну вот, не сработало. А жаль. Зато весело. Будет, что вспомнить. Скажут – принцесса умеет погоду портить. О! Да я действительно поэт!»
Но вдруг вдалеке, стремительно приближаясь, появилось что-то крылатое. Принцессе стало страшно. Она стала судорожно вспоминать стих про отваживание дракона, но запоминала-то она свое. Поэтому получалось не совсем то. Точнее, совсем не то.
А дракон-то все ближе и ближе… И вот он уже кружит над площадью. Люди разбежались кто куда, даже жениха ветром сдуло. И осталась невеста посреди площади одна. Родители кричали с балкона, тянули руки, но что толку? Где они, а где он?
Дарина закрыла глаза, приготовившись к самому ужасному, как до слуха ее долетело какое-то лязганье.
Она решила открыть один глаз. То, что она увидела, не вписывалось ни в какие былины и предания. Принцессу же обычно уносил дракон, а потом находились рыцари и спасали ее от злого ящера. Но чтобы сразу…такого никогда не было.
А на площади тем временем шла настоящая бойня. Взявшийся не пойми откуда рыцарь на коне отчаянно сражался с огнедышащим монстром. Перевес сил был явно на стороне дракона. Он метал пламя, нападая с воздуха. Рыцарь занимал исключительно оборонительную позицию. Принцессе перспектива быть спасенной этим чудесным молодым человеком еще до похищения очень даже понравилась. Поэтому она решила помочь храброму незнакомцу. И крикнула что есть мочи:
— Баба Яга летит! – и при этих словах ткнула пальцем и устремила взгляд далеко в небо.
Дракону, по всей видимости, в детстве тоже читали сказки, и он на момент отвлекся, пытаясь рассмотреть хоть что-то там, куда показывала принцесса. Ну а рыцарь тем временем, по закону жанра, воспользовавшись минутной заминкой, немедленно отсек ему голову.
— Доверчивый оказался, — подошел он к принцессе и встал на колено.
«Ох уж, эти рыцари! Сразу руку и сердце предлагать. Но в этот раз я, пожалуй, соглашусь…»
А рыцарь продолжал:
— Прекраснейшая из принцесс! Я вырвал Вас из рук дракона. И позвольте мне попросить у Вас самую малость…
«О как! Малость! Рука и сердце – это не малость, это практически жизнь!»
— Могу ли я взять на память о сегодняшнем дне бусинку с Вашего платья?
Дарина непонимающе уставилась на рыцаря.
— Какую еще бусинку? Я не поняла, ты не хочешь жениться?
— Только бусинку, и я не посмею Вас больше тревожить своим присутствием…
Дарина, еле сдерживая слезы, сдернула с платья горсть бусин и протянула рыцарю.
— Да пожалуйста, не очень-то и хотелось!
— Мне только одну, — рыцарь вынул из маленькой ладошки свой подарок и ускакал прочь.
***
С тех пор Дарина потеряла покой. Она днем и ночью бредила бескорыстным рыцарем. Таяла на глазах. Придворные лекари не могли ничем помочь. Сказали – колдовство.
Король издал указ о розыске рыцаря. Тридцать дней и тридцать ночей ждали во дворце известий. И однажды привели к принцессе рыцаря.
Он пал в ноги Дарине. Умолял простить его. Ибо – не знал, что его рыцарские поступки стали причиной страданий многих дев. Он спас из лап дракона двадцать пять дев, и у всех попросил по бусинке, которые насадил на нить и всегда носил с собой. Это ожерелье защищало его от бед и вдохновляло на новые подвиги.
— Как же мне быть? — спросил рыцарь.
— Я буду любить тебя всегда!
— Но я уже связан узами с той, которую люблю. Я ее спас первой.
Дарина зарыдала. Но вовремя подоспел королевский маг. Он не первый год служил при дворе и всегда находил выход из самых щекотливых ситуаций. Первым делом он успокоил Дарину:
— Не переживай, моя девочка, я знаю, как помочь вам.
А для рыцаря он заготовил следующую речь:
— Бусинки – это сердца тех, кого ты спасал. Ты должен оставить себе лишь ту, которую взял у своей единственной, а остальные рассыпать в море. Только тогда чары рассеются. Спасенные девы снова станут свободны, а ты – по-настоящему бескорыстен.
Рыцарь выполнил предписание мага. Рассыпал бусины в море, оставив себе лишь одну. Дарина моментально забыла о чудесном спасении и о благородном рыцаре.
Только изредка снился ей сон с крылатым драконом. Но совсем не страшным. Наоборот, очень милым и воспитанным. После таких снов Дарина садилась за стол и писала стихи:

Я – не я, или сон — не сон…
Знаю, где-то живет дракон…
Я у чар тебя отниму,
Коготок лишь на память возьму…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *